Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Расширенный поиск  

Новости:

Автор Тема: Ростовское на Дону Единое Потребительское Общество (Е.П.О.)  (Прочитано 3184 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Landser

  • Модератор
  • Старейшина форума
  • *****
  • Отзывы +353/-0
  • Сообщений: 10 187
  • Наши дети - наше будущее
    • Просмотр профиля

Ростовское на Дону Единое Потребительское Общество (Е.П.О.)

Ccылка на каталог


Разменный ордер



Бон
Записан

Landser

  • Модератор
  • Старейшина форума
  • *****
  • Отзывы +353/-0
  • Сообщений: 10 187
  • Наши дети - наше будущее
    • Просмотр профиля

Выпуски Ростово-Нахичеванского ЕПО.

        Крупнейшая торговая организация - Ростово-Нахичеванская на Дону Единое Потребительское Общество - занимавшая по оборотам третье место в РСФСР (после Москвы и Ленинграда), тяжело переживала разменный голод 1922-24 годов и изыскивала всяческие пути для выхода из положения, замедлявшего товарооборот и иногда за полным отсутствием мелких денежных купюр, фактически прекращавшего на некоторое время торговлю в отдельных магазинах и ларьках или продажу дешевых товаров массового потребления, что в свою очередь вызывало ряд недоразумений и нареканий на Правление ЕПО.

        Выход из положения путем печатания собственных денежных суррогатов, к которому в то время прибегали более мелкие организации, для такого крупного учреждения, как ЕПО, находившегося под постоянным наблюдением органов Наркомфина, был закрыт вследствие изданного правительством запрещения выпуска всяческих денежных обязательств предъявительского характера («Известия ВЦИК» от 19.10.23 г.).

        Кассиры отдельных магазинов выдавали записки вместо сдачи, которые в других магазинах действительны не были: прибегали к принудительной нагрузке покупателей товарами до нужной суммы иногда с обязательством принять товар в той же упаковке обратно в счет платежа при следующей покупке: применялись и другие обходные способы, но, как паллиативы, вопроса не разрешавшие.

        С каждым днем положение обострялось: товары есть, спрос есть, а розничная торговля невозможна из-за невозможности расчетов. Происходившее кредитование под векселя предприятий и учреждений, причем уплата за взятый товар производилась путем ордеров предприятий, опять таки не улучшила положение в случаях забора товаров не на всю сумму, а на часть его, причем остальную часть его необходимо было или выдавать в виде сдачи, или пересрочить кредит, уже проведенный по записи во всех инстанциях. Однако это долгосрочное кредитование дало первую возможность обхода декрета путем выпуска ордеров для сдачи кредитующимся. За этой первой попыткой последовали другие, уже более смелые, причем ЕПО не останавливалось даже перед возможным привлечением к суду, прикрывалось некоторыми постановлениями Крайэкономсовета и т.п., и находило в выпуске суррогатов временный выход, переживало затем их конфискацию и ..... проводила новую попытку.

        Такие попытки продолжались до появления в 1924 году достаточного количества различных знаков в твердой червонной валюте.

        Хронологически эти попытки выпуска денежных суррогатов были следующие:

а) Разменные ордера 1922 г.

        Выпущены в самом конце 1922 г., как первый робкий шаг, мысль о котором возникла вследствие введения ордеров по долгосрочному кредитованию. Выпуск этот был произведен сравнительно в небольших размерах, на пишущей машинке, на простой белой бумаге, величиной в одну восьмую писчего листа. Текст следующий:

«Ростово-Нахичеванское н/Д. Потребительское Общество».

РАЗМЕННЫЙ ОРДЕР №........

На рубл. 300 (триста) рублей. - (или пятьсот рублей)

Выданный из магазинов Ростово-Нахичеванского на Дону Единого Потребительского Общества на недополученный товар по ордеру на кредитование рабочих.

Член Правления Зимин (факсимиле)

Зав. Конторой Сем. Харьковский»

...........1922 г.

(печать)

(Правления) Кассир (подпись от руки)

(ЕПО)

        Несмотря на указанное в тексте, что ордера даются только как сдача по ордерам на кредитование, выдавались они всем, но только в этих определенных суммах, являющихся в то время наиболее мелкой денежной единицей (стоимость коробки спичек). Все же обращение их было ограничено, да и технический способ выпуска (на пишущей машинке) явно неудовлетворителен и массового характера приобрести не мог. Ходили они недолго, до начала 1923 года.

        С введением в обращение дензнаков РСФСР образца 1923 г. разменный голод, вследствие падения ценности совзнака, начал ощущаться довольно быстро, вызывая необходимость нового выпуска собственных суррогатных денег.

б) Марки ЕПО вместо денег 1923 г.

        В хлебных магазинах ЕПО в это время, в качестве кассовых чеков, употреблялись марки трех цветов, достоинством в 5 к., 10 к., 25 к., 50 к., 1 р., 3р., 5 р. и 10 р. Эти марки и дали мысль выпустить таковые же в качестве разменных знаков, использовав для этого заготовленные марки, напечатанные на бумаге оранжевого цвета. Правление ЕПО 17 августа 1923 года циркуляром за № 7961 сообщило всем своим торговым единицам следующее:

        «Доводится до Вашего сведения, что ввиду недостатка мелких денежных знаков, Правлением ЕПО выпущены разменные марки оранжевого цвета достоинством в 50 коп., 1 р., 3 р. и 10 р. Означенные марки, в отличие от марок, выпущенных для хлебных распределителей, с оборотной стороны все проштемпелеваны печатью, оттиск которой помещен ниже, и имеет хождение по всем учреждениям ЕПО. Разменные знаки Вы имеете получить в главной кассе и в случае недостатка у Вас мелких денежных знаков выдавать таковые покупателям, желательно не более 20 рублей, причем в случае нежелания покупателей принимать эти разменные знаки создавать из этого инцидентов не следует и по возможности стараться заменять денежными знаками, за каковыми обращаться в главную кассу.

Член Правления Зимин.

Главный кассир Дубовик.»

        Магазины не дожидаясь этого официального разрешения, уже 12-го августа, то есть дня, в который состоялось разрешение Правления о выпуске этих марок, запаслись ими в главной кассе и с того же дня начали выдавать покупателям. Марки эти, разрешившие денежный голод, имели шумный успех и сразу стали обращаться и в магазинах, не принадлежащих ЕПО, и на базаре, и в трамвае, и в расчетах между частными лицами, в железнодорожных кассах и даже ...... в кассах финотдела. Последнее, впрочем, и повело к их быстрой гибели. Дадим слово официальному документу - акту от 21 августа 1923 г. составленному инспектором управления Уполнаркомфина на Юго-Востоке России тов. Орловым В.С. и ст. Инспектором управления Уполнарком РИК тов. Булычевым И.Е. по предписанию от 21-го августа за № 9019. Акт гласит следующее:

        «Р.Н. ЕПО с марта-апреля 1923 г. испытывало острую нужду в мелких купюрах денежных знаков и неоднократно в Правлении и Отделах ЕПО велись разговоры о том, как избежать недостатка мелких дензнаков, отсутствие коих затрудняет торговлю в магазинах, вызывает недоразумения с покупателями и отказ последним в продаже товаров из за отсутствия сдачи. Наконец, 12 августа состоялось совещание из представителей Правления, Финансового Отдела, Ревизионной комиссии и главного кассира .... Это совещание поставило выпустить в обращение денежные марки, отпечатанные на оранжевой бумаге, достоинством в 50 коп., 1 р., 3 р., 5 р. и 10 р. как расписки ЕПО покупателям вместо сдачи. Во исполнение этого постановления был заказан штемпель с оттиском «Временно, вместо сдачи Я. Дубовик». Который и накладывался сотрудниками кассы на марки, напечатанные на оранжевой бумаге и предназначенные к выдаче в магазинах ЕПО. Всего заштемпелевано было 15 книжек, по 100 листов каждая книжка, лист по 20 марок, всего 30.000 марок: достоинством в 50 коп. - 6.000 штук, в 1 р. - 6.000 штук, в 3 р. - 6.000 штук, в 5 р. - 6.000 штук, в 10 р. - 6.000 штук».

        Согласно этому акту, в главной кассе было опечатано 8732 штемпелеванные марки на сумму 42404 рубля и, кроме того, марок оранжевого цвета, на которых штемпель еще не был наложен, разных достоинством 460 книжек. В магазинах были выданы, следовательно 21268 марок на сумму 74596 рублей. Их предложено изъять из употребления.

        27 августа 1923 года управление Уполнаркомфина за № 925 предложило изъять из употребления и опечатать марки и других цветов (без штемпеля) кроме запрещенных уже к обращению марок оранжевого цвета.

        Марки обменивались в течении месяца (выпускались в обращение только 9 дней) и тем не менее значительное число их в кассы не вернулось и осталось на руках у населения, принеся ЕПО прибыль в несколько тысяч рублей.

(Образцы этих марок помещены здесь, предоставлены тов. В.И. Кутилиным).

(Окончание в следующем номере)

В. Соколов.

(Окончание: см. № 2 стенгазеты)

а) Дензнаки на бонах Асмолова.

К началу 1924 года относится выпуск Ростовским ЕПО денежных суррогатов.

В это время широко применялось рабочее кредитование, причем технически для этой цели были использованы бланки выпущенных в 1919 г. фабрикой Асмолова бон в 3 р., 5 р., 10 р. и 25 р. На лицевой их стороне ставился штамп и печать ЕПО, на обороте - наименование учреждения и его печать и отметка (штемпель): «Товар выдан из магазина ...... 192 г. Кассир (подпись)». Эти знаки носили характер требований, выдававшихся учреждениями своим сотрудникам для получения товаров из ЕПО и имели значение разового бухгалтерского документа. Характера разменных денежных знаков они никогда не имели, хотя многие коллекционеры это и утверждают.

Но этими же бонами Асмолова, лишь с некоторым видоизменением налагавшихся на них штемпелей, воспользовалось ЕПО и для введения действительно разменных знаков. Для этой цели на лицевой и обратной стороне бланка Асмоловского бона ставился штамп ЕПО и обычно две печати, ставился штамп «сотруднику ЕПО» и каждый знак перфорировался в одном или двух углах буквами «М.Л.» Этими знаками ЕПО платило жалование своим многочисленным сотрудникам, причем отдано было распоряжение, чтобы все магазины ЕПО принимали их как наличные деньги и вели им учет, как наличным деньгам. Выпущены они были в червонной валюте. Их свободно можно было обменять на совзнаки в любом магазине ЕПО, получить с них сдачу, стоимость их котировалась по курсу червонца на данный день. Вскоре это стало известно широкой публике, которая не только охотно приняла в свой оборот новые и притом червонные рубли, не терявшие своей ценности как совзнаки, но даже установила на них некоторый лаж. Пользовался ими, превращая в совзнаки, и автор настоящей статьи.

Путем такого изменения внешнего вида и внутреннего содержания боны эти были завуалированы от зорких глаз органов НКФ и довольно продолжительное время имели обращение, вероятно три-четыре месяца, если не больше. Эти «разменные знаки» были достоинством в 3 р., 5 р., 25 р. и 1 р., причем в 1 рубль был превращен десятирублевый бон Асмолова путем наложения штампа: «Один рубль». часть этих бон была такая же, как и всех остальных.

Прежде, чем дать слово официальным документам, повторим еще раз, что из напечатанных бланков Асмоловских бон имели характер разменных денежных знаков ЕПО только те, которые были перфорированы буквами «М.Л.» и имели штамп «Сотруднику ЕПО», все же остальные были лишь разовыми бухгалтерскими документами по рабочему кредитованию и денежного обращения не имели.

Документы гласят следующее:

12 апреля 1924 года Зам. Зав. Доноблфинотделом т. Закраевский в письме за № 2334 сообщает Валютному Управлению Наркомфина РСФСР:

«Обнаружив выпуск Ростово-Нахичеванского ЕПО именных бон (товарных ордеров), Доноблфинотдел опечатал 6.3.-с.г. находившиеся в главной кассе ЕПО все как использованные, так и приготовленные к выпуску боны и бланки бон.

Выкуп остальных бон бывших к 6.3. с.г. еще в обращении, был окончен лишь к 21.3. с.г.

Для изготовления бон «ЕПО» использовало старые боны бывш. Акц. О-ва Табачной фабрики В.И. Асмолова и К-о.

Вышеуказанные боны (товарные ордера) были использованы ЕПО по двум видам операций:

1. По кредитованию рабочих различных учреждений и предприятий всего на сумму 329.337 рублей дензнаками 1923 г. и 325.065 р. в червонном исчислении;

2. По уплате бонами вместо денег содержания сотрудникам «ЕПО» на сумму 64.269 р. червонных».

Бухгалтерские сведения ЕПО о поступлении и расходовании ордеров дают следующую картину (по количеству штук):

                3 р.    5 р.    10 р.   25 р.   Итого

1.      Поступило от ДГТФ       122922  123524  138644  33664   418754

2.      Выдано учреждениям и предприятиям и реализовано ими.    32308   41816   43264   11415   128803

3.      Выпущено ордеров на выдачу зарплаты сотрудникам ЕПО.    15534   133134  9634    1000    39302

        Итого использовано      47842   54960   52898   12415   168105

        САЛЬДО  75080   68574   85746   21249   250649

Акт от 27 марта 1924 г., составленный инспектором Доноблфинотдела И.Н. Аксельродом, говорит:

«Отпечатано суррогатов денежных знаков (товарных ордеров):

1. Использованных бон (товарных ордеров) в червонном исчислении, выдававшихся сотрудникам ЕПО вместо денег в счет зарплаты: 1р. — 4504 шт., 3 р. —

10250 шт., 5 р. — 5298 шт., и 25 р. — 101 шт. Всего — 20153 шт. на 64260 руб.

2. Использованных товарных ордеров по рабочему кредитованию: 3 р. - 2477 шт., 5 р. - 4101, 10 р. - 2708 и 25 р. - 6, всего 9262 шт. на 55165 руб.

3. Отпечатано бон насчитанных - по данным бухгалтерии:

3 р. -29831 шт., 5 р. - 37715 шт., 10 р. - 40656 шт. и 25 р. - 11409 шт., а всех 119511 на сумму 968855 руб.

4. Бланков: 3 р. - 75080 шт., 5 р. - 68547, 10 р. - 85740 и 25 р. - 31249, а всего 250649 шт.

5. Опечатаны штампы по изготовлению бон в количестве 8 штук.»

Как видно из приведенных цифровых данных до 27 марта из бон, выданных сотрудникам, то есть фактически разменных денежных знаков, не возвращено было в кассы ЕПО знаков в 1 руб. - 5180 шт., 3 р. - 5284 шт. в 5 р. - 9836 шт. и в 25 р. - 899 шт., которые были обменены позже или, частично, остались на руках у сотрудников ЕПО и населения г. Ростова-на-Дону (в частности по одной штуке в моей коллекции).

Докладная записка Уполнаркомфина от 19.4.1924 г. в Наркомфин РСФСР указывает, что:

«Управлением Уполнаркомфина были получены совершенно определенные доказательства того, что товарные ордера ЕПО на предъявителя («сотрудника ЕПО») ходят по рукам и имеют обращение в качестве обязательства Рост.-Нахич. н/Д ЕПО не только товарного но и денежного характера».

Для наглядного различия упоминавшихся двух типов бон ЕПО на бланках бон Асмолова - ниже помещены оба вида их, то есть по кредитованию (кассовые документы) и ходившие как разменные знаки.

Знаки эти для помещения в стенгазете в качестве приложения любезно предоставлены В.И. Кутилиным.

Этими тремя видами денежных суррогатов и оканчиваются бывшие в обращении выпуски Ростово-Нахичеванского н/Д ЕПО в 1922 - 24 гг.

Однако, пережив два изъятия и запрещения бон и однопривлечение к суду за выпуск их, Ростовское ЕПО, в целях изжития разменного кризиса, в промежутках между этими выпусками, а так же после изъятия бон на знаках Асмолова, делало неоднократные попытки выпускать под тем или иным видом разменные знаки.

Попыток этих было несколько. Все они характеризуются стремлением ЕПО под тем или иным предлогом, тем или иным изменением текста и названия избегать налагаемых Наркомфином ограничений, которые препятствовали бы таким бонам, выпускаемым как бы для долгосрочного кредитования, иметь предъявительский характер и свободно обращаться в качестве разменных знаков.

Наркомфин (циркуляр за № 906) разрешил выпуск бон по кредитованию при наличии следующих признаков:

«Во 1-х) на чеке должна быть напечатана надпись, указывающая на его именной характер (например, заголовок: Именной товарный ордер), в тексте же пунктиром обозначено место, где от руки, обязательно до выпуска ордера из ЕПО, должны быть проставлены имя, отчество и фамилия кредитуемого.

Во 2-х) там же должен быть указан номер заборной книжки и напечатано, что без предъявления заборной книжки талон (чек) не принимается.

В 3-х) поперек всего талона печатается надпись «без права передачи» и, наконец;

В 4-х) в талоне должен быть указан срок его действия, причем срок этот не может превышать одного месяца со дня выдачи заборной книжки кооперативом».

Соблюдение этих условий, конечно, не могло устроить ЕПО и оно пыталось найти обход. Мы укажем здесь лишь на две его попытки в этом направлении из многих, кончившихся всегда одинаково напечатанием лишь нескольких образцов.

Одна из этих попыток указывает на большую смелость ЕПО так как оно решило не прикрываться даже ссылкой на другое учреждение, выпускать ордера-приказы от своего имени, причем на печатание их получило даже разрешение Доноблита за №-376-а. Намерение было выпустить несколько печатных номиналов, разных цветов в красивой рамке, с сетчатым овалом для цифр номинала, в червонной валюте, с текстом в 9 строк:

«Ростово-Нахичеванское н/Д-Потребительское Общество - товарный ордер-25 (в овале) № ...... 25 (в овале)-предъявителю сего ............ отпустить товаров на 25 копеек червонных. Предправления С. Зимин. Зав. Финсчет. Отд. Сем. Харьковский. Кассир Я. Будыгин.» (или другие номиналы)

Попытка эта была пресечена в самом начале, образцы этих знаков имеются лишь в 2-3 коллекциях.

Другая попытка прикрывалась именем других учреждений, но опять таки без соблюдения требований Наркомфина. Предполагалось выпустить боны в 1, 3, 5, 10 и 25 рублей в знаках образца 1923 г. с текстом в 8 строк:

«В Ростово-Нахичеванское н/Д - Потребительское Общество - требование - Просим отпустить тов ................ за счет ................. товаров на один рубль (1 рубль)- Заведующий................... № .................... 192 г.» (на других образцах еще - «серия 0002»).

На выпуск этих «требований» ЕПО удалось даже получить разрешение Крайэкономсовета (протокол от 8.4.24 г. № 267-29, пункт 352)

«Принимая во внимание, что ордера, носят форму требований о выдаче продуктов в счет открытого кредита, признать их не имеющими характер денежного суррогата, к обращению их разрешить».

Редакция постановления, конечно, принадлежит самому ЕПО, выпуск этот не состоялся только вследствие категорического протеста Зам. Уполнаркомфина т. Дмитриева, срочно сообщившего о постановлении Крайэкономсовета в Валютное управление Наркомфина РСФСР (письмо за № 572).

О других неудачных попытках, памятью о которых остались перечеркнутые «образцы» говорить не будем - упомянуть же о них необходимо для того, чтобы указать, в каких разменно-голодных тисках находилось в 1922-24 гг. Ростовское на Дону ЕПО и как лихорадочно оно искало выхода из положения, не останавливаясь перед нарушением прямых директив правительства и всевозможностью попасть на скамью подсудимых.

Вся коллекция бон Ростово-Нахичеванского н/Д ЕПО состоит таким образом из 11 знаков, а именно:

а) Разменные ордера 1922 г. в 300 р. и 500 р.

б) Марки «Временно вместо сдачи» 1923 г. в 50 к., 1 р., 3 р., 5 р. и 10 р.

в) Боны на знаках Асмолова (с перфорацией) в 1 р., 3 р., 5 р. и 25 р.

Из этих бон сравнительно редко встречаются лишь ордера 1922 года, выпуск которых был незначителен.

В. Соколов.

«Северо-Кавказский коллекционер»
Записан