Денежные знаки нередко фигурируют в художественных произведениях едва ли не на правах литературных героев.
Вот пример из 1920-х годов, когда в обращение были выпущены денежные знаки с изображениями рабочих, крестьян и красноармейцев. Тогда важно было показать, что вместо императоров, изображавшихся на дореволюционных деньгах, на новых денежных знаках – новые хозяева жизни.
Эту установку тонко и точно обыграл М. М. Зощенко. Герой его рассказа «Фома Неверный» – простой деревенский мужик Фома Крюков, получив новую пятирублевку, поверил, «…что власть и впрямь переменилась. Что власть действительно новая. И не просто новая, а ЕГО, Фомы Крюкова, власть! Ведь если вместо портрета царя на деньгах печатают его, Фомы Крюкова, портрет, это значит, что он, Фома, теперь вместо царя!». Именно на такой эффект и было рассчитано оформление новых банкнот.
Однако в случае с Фомой Крюковым дело кончилось тем, что сознающий свою «власть» Фома столкнул на вокзале спящего пассажира, а затем учинил «оскорбление действием» кассира, не желавшего его «власть» признавать. После составления протокола о хулиганстве Фома посмотрел на банкноту, потом «…махнул рукой и сказал: – Врут, черти… И погнал лошадь к дому».
Рассказ «Фома Неверный» был опубликован в 1926 году – вскоре после появления в обращении 5-рублевых казначейских билетов образца 1924 и 1925 годов: на первом из них были изображены крестьяне на тракторе, на втором – рабочий, выполненный по фотографии со скульптуры И. Д. Шадра.
